Опасность исторического оправдания как аргумента

 Существует традиция, говорящая, что то, что произошло в прошлом, менее важно, чем настоящее. Например, немецкое нацистское государство с СС, концлагерями, холокостом и десятками миллионов безжалостно убитых людей в Европе и Африке — это прошлое, и за эти преступления нет ответственности нынешнего поколения. Вчера Борель сказал, что они обманули Россию некоторыми обещаниями, но это было в прошлом, и российская военная операция не имеет отношения к этой лжи. Джордан Питерсон также выдвинул аргумент, что нынешнее поколение и он лично не несут ответственности за рабство и подавление чернокожих. Представитель США в ООН генерал Пауэлл солгал СБ ООН и всему миру о биологическом оружии в Ираке, что привело к полному разрушению инфраструктуры и гибели миллиона человек. Афганистан, Ливия и Сирия имеют схожую историю. Другие примеры хорошо известны и можно вспомнить еще истории. Суть таких рассуждений ясна - время сглаживает преступление. Если этот аргумент верен, то логическое применение такого подхода не вызывает затруднений. Настоящее время — это прошлое в будущем времени. Сегодня можно совершить любое преступление, а через десять-двадцать-сто дней, месяцев и лет можно сказать, что сегодняшнее преступление ничтожно. Чем больше преступление сейчас, тем более незначительным оно будет считаться в будущем. Выживший/победитель в будущем сядет в безопасное кресло и будет единственным участником дискуссии, определяющей будущее повествование и отношение к прошлому (нашему настоящему). Аргумент, что прошлое незначительно и простительно, равнозначен ничтожности нынешних действий, в том числе преступлений. Англосаксы знают этот эффект и используют его всегда и везде. Другие страны могут использовать этот трюк и делать то, что должны делать без угрызений совести, по крайней мере, угрызений в будущем. Я считаю историческую отговорку величайшей опасностью для настоящего и будущего всего человечества.

The danger of historical excuse as an argument

There is a tradition saying that what happened in the past is less important than the present. For example, the German Nazi state with SS, concentration camps, the holocaust, and tens of millions of mercilessly killed people in Europe and Africa is the past and there is no responsibility of the current generation for these crimes. Borrell said yesterday that they doubled-crossed Russia with some promises, but it was in the past and the Russian military operation has no relevance to this lie. Jordan Petersson also put forward an argument that the current generation and he personally has no responsibility for the slavery and suppression of black people. US representative in UN General Powell lied to the UNSC and the whole world about the biological weapon in Iraq resulting in the complete destruction of infrastructure and a million people killed. Afghanistan, Libya, and Syria have a similar history. Other examples are well-known and one can recall more stories. The essence of such arguments is clear - time irons out crime. If this argument is correct then the logical application of such an approach is straightforward. The present time is the past in the future time. One can make any crime today and in ten-twenty-hundred days, months, and years it is possible to say that today's crime is insignificant. The bigger the crime now the more insignificant it will be considered in the future. The survivor/winner will sit in a safe armchair in the future and will be the only participant in the discussion defining the future narrative. The argument that the past is insignificant and excusable is equivalent to the insignificance of the present actions including crimes. Anglo-Saxons know this effect and use it always and everywhere. Other countries can use this trick and do what they have to do without remorse, at least in the future. I consider the historical excuse as the greatest danger to the future of mankind.   

Студенты Университета Южного Мэна (США) «впали в отчаяние» после того, как профессор Кристи Хаммер заявила, что существует только два пола.

ВОЗ определяет секс, гендер, сексуальную ориентацию и гендерную идентичность как связанные, но разные понятия. Секс (в русском для понятий ВТО секс и гендер используется одно слово - пол) определен как: “Gender interacts with but is different from sex, which refers to the different biological and physiological characteristics of females, males and intersex persons, such as chromosomes, hormones and reproductive organs” (русского перевода ВОЗ не дает), то есть женщины, мужчины и интерсекс (такого русского слова тоже нет в словаре Zen) люди, несущие свойств обоих полов.  ВОЗ также определяет два социально сконструированных гендера, как совокупности норм, поведения и ролей, которые ассоциированы с сутью женщин, девочек, мужчин и мальчиков (WHO - Gender refers to the characteristics of women, men, girls and boys that are socially constructed.  This includes norms, behaviours and roles associated with being a woman, man, girl or boy, as well as relationships with each other) . As a social construct, gender varies from society to society and can change over time.) В обоих смысла ВОЗ считает, что полов 2. А вот гендерных идентичностей и сексуальных ориентаций число не измерено. Студенты тупые и говорят не о поле, а о своей ориентации и идентичности. Профессор говорит о поле и сексе. Приятно, что в США неучи и невежи учат профессоров. Надеюсь, этот процесс приведет к быстрой деградации. В России, по-видимому, это процесс еще не дошел до критического уровня. Но пора вернуться к использованию той части мозга, которая отвечает за рациональное мышление и интеллект.

Bravo OPEC+

 The main economic principle is that "people respond to incentives". The green transition has many aspects and problems. This gives opportunities to other economic actors. These opportunities are especially important to the actors losing their benefits due to the green transition. The current OPEC+  decision responds to two opportunities both related to the increasing oil prices. First of all, the reduction in oil production will definitely increase oil prices, and thus, revenue in the short run. In the long run, the length and cost of the green transition also dramatically increased. This guarantees significant revenue growth over a ten-year horizon. At the same time, the green movement has to survive to continue to push the green agenda. The driver of high oil prices needs the full support of OPEC+. For example, support for Greta will help a lot.

Physical arguments against the explosive nature of the destruction of Nord Stream 1 and Nord Stream 2

 1. None of the countries and none of the agencies published information about explosive signals passing through steel pipes. As we know, if you knock on the heating pipe, then the whole house will immediately know about it and begin to complain about the noise. The same effect would have been caused by an explosion destroying the NS-2 pipe and the NS-1 pipes. But there is no information of this kind, although on the pipes, as on all large engineering structures, sensors must be installed that record elastic loads.

2. The blast wave in water propagates over long distances since water is an incompressible liquid with extremely low absorption of sound waves. The Baltic Sea is shallow, and the bottom is hard. Therefore, the water layer of the sea is a good example of a low-speed channel with a long propagation range. No one claimed to have registered a hydroacoustic signal from the explosion. In conjunction with point 1, the absence of explosive signals in the pipe and water makes it possible to explain the lack of reaction of the NS administration to the first "explosion", which occurred almost exactly 17 hours before the second.

3. Seismic signals are detected at fairly large distances from sources, which indicates their rather high effective power. In this case, the characteristic size of the source is no more than a few tens of meters, which makes its characteristics indistinguishable from a point source. It is not possible to restore the internal structure of the source, that is, the size and temporal function. Any source of small size with a rapid release of energy will look like an explosion. The magnitude of the seismic source of the second event is close to 3, taking into account the standard deviation of the magnitude estimate. Such a magnitude during an explosion in water, which, as incompressible liquid, leads to an increase in the efficiency of the conversion of the explosion energy into the elastic energy of seismic waves up to 5-10% compared to efficiency in hard rocks of the order of 1%, corresponds to an explosion power of TNT from several hundred kg to one two tons. Such an explosion would leave traces on the pipe, and the bottom surface, and would lead to the mass death of fish. Visual observations of damage to the pipe and surface will allow you to accurately assess whether there was an explosion of this magnitude.

4. Observations of an infrasonic signal at a distance of up to 15 degrees suggest the presence of an effective sound source in the atmosphere. Underwater explosions are not an effective source of sound in the atmosphere due to the large impedance difference between the two media. However, the release of gas from a pipe with a pressure of 100 bar (NS-2) and 165 bar (NS-1) (both estimates given by Gazprom) has sufficient volume and pressure to create an effective source of infrasound in the atmosphere. The internal energy of the gas at a pressure of 165 bar in a large-diameter pipe with a length of several hundred meters is tens of tons of TNT, which corresponds to the estimate of the explosion power required to excite infrasound recorded over long distances, taking into account the difference in the efficiency of the explosion and the gas bubble.

5. The instantaneous formation of a large hole in a pipe, regardless of the mechanism, can lead to the formation of a large bubble of gas at elevated pressure, which, escaping to the surface, is a source of infrasound. The release of gas from the pipe creates the effect of a jet engine according to the law of conservation of momentum. We often observe how a balloon that is not closed from the end flies under the action of jet thrust. Movies often show the effect of damaging the faucet of a high-pressure gas cylinder: the cylinder flies around the room and destroys everything. Now imagine a large hole in the top of the NS-1 pipe at a pressure of 165 bar. The jet presses the pipe, which is well connected to the bottom for efficient transfer of elastic energy into the hard rock and excites seismic waves, which we register at large distances. The difference in the magnitude of the first source at NS-2 (pipe pressure 100 bar) and the source at NS-1 (pipe pressure 165 bar) is additional evidence for the possibility of such a mechanism.

Soon we will find out what led to the destruction of the pipes NS-1 and NS-2. The version of the explosion is less likely than technical sabotage, which led to instantaneous (under the action of internal pressure) and significant destruction of pipes. The absence of explosions better explains the observed pattern of the presence of seismic and infrasonic signals and the absence of hydroacoustic signals and tube waves.

Аргументы против взрывного характера разрушения СП-1 и СП-2

1. Ни одна из стран и ни  одно из агентств не опубликовало информации о взрывных сигналах, проходящих по стальным трубам. Как мы знаем, если стучать по батарее, то весь дом об этом сразу узнает и начнет жаловаться на шум. Такой же эффект вызвал бы взрыв, разрушающий трубу СП-2 т трубы СП-1. Но сведений такого рода нет, хотя на трубах, как на всех крупных инженерных сооружениях, должны быть установлены датчики, регистрирующие упругие нагрузки.  

2. Взрывная волна в воде распространяется на большие расстояния, так как  вода это несжимаемая жидкость в крайне низким поглощением звуковых волн. Балтийское море неглубокое, дно твердое. Поэтому водный слой моря является хорошим примером низкоскоростного канала с большой дальностью распространения сигнала. Никто не заявлял о регистрации гидроакустического сигнала от взрыва. В совокупности с пунктом 1 отсутствие взрывных сигналов в трубе и воде позволяет объяснить отсутствие реакции администрации СП на первых "взрыв", произошедший практически ровно за 17 часов до второго.

3. Сейсмические сигналы обнаружены на довольно больших расстояниях от источников, что свидетельствует об их довольно большой эффективной мощности. При этом характерный размер источника не более нескольких десятков метров, что делает его характеристики неотличимыми от точечного источника. Восстановить внутреннюю структуру источника, то есть размер и временную функцию, не представляется возможным. Любой источник небольшого размера с быстрым выделением энергии будет выглядеть как взрыв. Магнитуда сейсмического источника второго события составляет величину, близкую к 3, с учетом стандартного отклонения оценки магнитуды. Такая магнитуда при взрыве в воде, которая, как несжимаемая жидкость, приводит к увеличению эффективности перехода энергии взрыва в упругую энергию сейсмических волн до 5-10% по сравнению с эффективностью в крепких породах порядка 1%, соответствует мощности взрыва ТНТ от нескольких сот кг до одной двух тонн. Такой взрыв оставил бы после себя следы на трубе, поверхности дна, и привел бы к массовой гибели рыбы. Визуальные наблюдения повреждений трубы и поверхности позволят точно оценить был ли там взрыв такой мощности.

4.  Наблюдения инфразвукового сигнала на расстоянии до 15 градусов позволяет предположить наличие эффективного источника звука в атмосфере. Подводные взрывы не являются эффективным источником звука в атмосфере ввиду большой разницы импеданса двух сред. Однако выброс газа из трубы с давлением в 100 бар (СП-2) и 165 бар (СП-1) (обе оценки приведены Газпромом) имеет достаточный объем и давление для создания в атмосфере эффективного источника инфразвука. Внутренняя энергия газа при давлении 165 бар в трубе большого диаметра при длине несколько сот метров составляет десятки тонн ТНТ, что соответствует оценке мощности взрыва, необходимой для возбуждения инфразвука, регистрируемого на больших расстояниях, с учетом разницы в эффективности взрыва и газового пузыря. 

5. Мгновенное образование большой дыры в трубе, независимо от механизма, может привести к образованию большого пузыря газа при повышенном давлении, который вырываясь на поверхность, является источником инфразвука. Выход газа из трубы создает эффект реактивного двигателя по закону сохранения момента движения. Мы часто наблюдаем как незакрытый с конца воздушный шарик летает под действием реактивной тяги. В фильмах часто показывают эффект повреждения крана газового баллона  высокого давления: баллон летает по комнате и крушит все подряд. Теперь представим себе большую дыру в верхней части трубы  СП-1 при давлении 165 бар. Реактивная струя вжимает трубу, хорошо связанную со дном для эффективной передачи в твердую породу упругой энергии, и возбуждает сейсмические волны, которые мы регистрируем на больших расстояниях. Различие в магнитуде первого источника на СП-2 (давление в трубе 100 бар) и источника на трубе СП-1 (давление в трубе 165 бар) является дополнительным доказательством возможности такого механизма.

Скоро мы узнаем, что привело к разрушению труб СП-1 и СП-2. Версия взрыва менее вероятна чем технический саботаж, приведший к мгновенному (под действием внутреннего давления) и значительного разрушению труб. Отсутствие взрывов лучше объясняет наблюдаемую картину присутствия сейсмических и инфразвуковых сигналов и отсутствия гидроакустических сигналов и трубной волны. 

Denmark and Sweden. What is worse - to take responsibility of the Nord Stream pipelines crash or to be unable to find the terrorosts?

Sweden and Denmark face a difficult problem. They are the countries where the terrorist attack on the Nord Stream pipelines happened. The close proximity of the pipelines to the territories of Sweden and Denmark and the recent announcement by a NATO member that the Baltic Sea is the NATO sea makes them fully responsible for the security of the pipelines. Essentially, NATO is the only party who had full control over the region and all possibilities to hide the preparation for terrorist operations. In case this was not NATO or its individual member(s), who detonated the underwater bombs, it would be an indication that NATO sees nothing in front of its nose, does not have appropriate control over critical infrastructure, and is unable to provide adequate security to this and likely other infrastructure objects.